КАК жить в мире без звука?

В России их более 13 миллионов, в Ставрополе - чуть меньше 400. Глухие и слабослышащие люди встречаются по всему миру. Мы их видим на улицах, в автобусах, но задумывались ли вы, какой жизнью живут эти люди? Ведь глухие - это отдельное общество, которое по-своему контактирует с внешним миром. Давайте же посмотрим на жизнь со стороны пяти разных людей, которые живут в мире глухих.
Алина, 10 лет
Сколько себя помню – всегда плохо слышала, но во многом мне помогает слуховой аппарат. Живу я с глухой мамой, слабослышащим папой и маленьким братиком. Учусь в третьем классе в школе-интернате. Я очень люблю свою школу и скучаю по ней на каникулах. Там у меня все хорошо получается, учусь на одни пятёрки. Больше всего люблю математику: один пример поймешь – и все остальные, значит, тоже. А еще я люблю физкультуру – бегать, прыгать, играть. Мне нравится легкая атлетика. Может быть, я даже стану гимнасткой. По крайней мере, есть такая мечта. Или врачом-стоматологом. Мне нравится помогать людям.

А я ещё я увлекаюсь хореографией. Я хожу в школьный кружок, где нас учат модным танцам. В группе нас 7 человек, почти все слабослышащие, только одна девочка глухая. Ей, конечно, сложнее заниматься. Но она справляется, делает все по счёту. Мы уже даже выступали во Дворце детского творчества на большой сцене. Я вообще мечтаю ездить с группой по миру и выступать на сцене. Мне нравится, когда нас замечают, аплодируют, любят.

Друзей у меня очень много, но все они из моего класса или школы. Именно поэтому мне так нравится ходить туда – ведь только там я чувствую себя "в своей тарелке". Иногда я знакомилась с мальчиками и девочками на улице. Только обычно они все исчезают через несколько дней "дружбы". Поэтому среди слышащих друзей у меня почти нет, и я не знаю, будут ли когда-нибудь. С ними не очень-то люблю общаться. Хотя я говорю хорошо и понятно, могу, хоть и плохо, но слышать, но все равно как-то стесняюсь с ними заговорить, знакомиться. Мне удобнее общаться со "своими".
Танец Алины и группы
Анна, 45 лет
Родилась я слышащей. Но в полгода серьёзно заболела и, увы, навсегда потеряла слух. Так что, сколько я себя помню, я никогда не слышала ни одного звука, ни одной песни, не слышала и не услышу голоса своего ребёнка. В семье я такая одна. Сейчас живу вместе с глухим мужем, дочерью, которая, слава Богу, слышит. Живём мы неплохо: не бедно и не богато. Когда требуется, мне на помощь приходит наш личный семейный сурдопереводчик – дочь. Так что нам с мужем ещё повезло. У других такой возможности нет, приходится просить помочь сторонних людей.

Работаю уборщицей в роддоме. Попала я туда с большим трудом – инвалиды никому не нужны. Искала работу иногда месяцами, годами. Согласна была на любую должность, хотя с моими больными руками выжимать тряпки нельзя. Но что делать? Деньги всем нужны.

Помню, как-то раз пыталась устроиться на работу фасовщицей муки. Суть заключалась в следующем: нажимаешь на кнопочку, в мешок насыпается определённое количество муки, взвешиваешь мешок, если в нём ровно 5 килограммов, то запечатываешь его специальным прибором и… всё. Вот и весь рабочий процесс.

Анна с супругом

По телефону нам практически дали "зелёный свет", сказали, что я подхожу по всем параметрам. Только мы не стали упоминать, что я глухая, а то обычно работодатели после этих слов сразу трубку кладут. И только когда мы пришли, директор увидел меня и внезапно сказал: "знаете что, мы уже взяли человека на работу, спасибо". Так что без работы по городу сидят многие. Грех жаловаться, у нас есть пенсия, но на пять-семь тысяч в месяц тоже особо не проживёшь. Нам тоже нужна работа.

Раньше помню, как делали бесплатный проезд, послабления в оплате коммунальных услуг. Сейчас же ничего этого нет. Живём как все. И будем так продолжать. В нашем "глухом мире" мы чаще всего добиваемся карьерного потолка годам так к 20-30, дальше идти некуда. Поэтому и планов на будущее больших особо никто не строит, только бытовые планы – подлатать кухню, купить новые кастрюли, да запастись картошкой на зиму. Вот и всё.

Татьяна, учитель в школе-интернате для глухих детей
Я никогда не думала, что окажусь в школе-интернате для глухих. Отучившись на учителя математики в пединституте, два года преподавала в массовой школе. Но по семейным обстоятельствам мне пришлось переехать в Ставрополь и заново искать работу. Только вот найти место в школе было не так просто. Я оставила заявку в отделе народного образования и стала ждать. А в то время как раз вышел указ о том, что в школе для глухих в младших группах нужны две воспитательные единицы. Меня взяли туда на месячный испытательный срок, а позже – ещё на год воспитателем. Через год в школу пришло направление на обучение в московском пединституте. Никто из учителей ехать не захотел, а вот я решила пройти годичные курсы на дефектологическом факультете, где нас учили работе с особенными детками.

Через год я вернулась в Ставрополь и сразу же устроилась на должность учителя. С тех пор я и работаю здесь, вот уже более 40 лет.


Уходить из школы я никогда не думала и не хотела. Ведь именно здесь ты чувствуешь себя по-настоящему нужным детям. Глухие живут в своём, отдельном мире. Они практически не контактируют с другими. И в этом замкнутом мирке ты, учитель, становишься одним из главных источников информации. Соответственно, у детей меняется отношение к тебе, они слушают нас с открытым ртом, не сводят глаз, следя внимательно за каждым словом. Ну как от таких деток можно уходить?

Хотя трудности в этой работе никто не отменял. Всё-таки глухие – особенные ученики. Но в этом нам помогают интерактивные доски, презентации, компьютеры, интернет. Раньше о таком можно было только мечтать. Что ж, идём в ногу со временем.

Идут в ногу со временем и наши ученики. Если раньше вопрос о дальнейшем образовании не возникал (у детей после школы было только два выхода: либо обучение швейному делу, либо обучение работе на заводе), то теперь наши воспитанники имеют возможность поступить в разные колледжи. Программисты, лаборанты, художники-дизайнеры – вариантов много. Теперь большинство учеников после школы идут учиться дальше.

Уходить отсюда я не думаю и пока не планирую. Дружный коллектив, интересная работа, а главное – любимые дети. Как все это можно оставить?

Лилия, сурдопереводчик
Я выросла в семье военных, глухих среди нас не было. Я, наверное, никогда и не стала бы сурдопереводчиком, если бы однажды не влюбилась в жестовой язык. Дело было так: в школе я занималась спортивной гимнастикой, и к нам иногда приходили глухие девушки и парни. Увидев, как они красиво между собой общаются, я решила, что обязательно должна научиться этому языку. Я настолько увлеклась, что за один вечер выучила дактиль (ручную азбуку) и твёрдо решила стать сурдопереводчиком. Но для этого мне требовалось образование и более глубокое знание языка. Поэтому я решила поступить в Киевский пединститут, где меня могли научить жестовому языку.

Поступить было нелегко: я трижды проваливалась. Мои друзья, родственники совершенно не понимали этого выбора: зачем? И всё-таки я добилась своего: поступила, отучилась. Позже устроилась переводчиком на обувную фабрику, где работало много глухих. Там я набралась ещё больше опыта. Вот уже пять лет я живу и работаю в Ставрополе. Пришлось переехать в Россию по семейному положению.

Сурдопереводчика могут вызвать хоть в три дня, хотя в три ночи. И если ты Человек, то ты обязан прийти и помочь. Особенно тяжело в больницах. Нет, не просто в больницах, а в онкологии, где километровые очереди и невероятно тяжёлая атмосфера. Для меня – это самое жуткое место, куда надо приходить по работе. А еще крайне сложно их трудоустроить: сегодня глухих не берут на должность дворника! Как так можно? Конечно, болеешь душой в таких ситуациях.

Но есть в профессии и большой плюс: общение с глухими. Это уникальные люди, которые к тебе настолько добродушно относятся, настолько преданны тебе, что в какой-то момент они перестают быть просто заказчиками. Если их не обманывать, то они в сто раз больше тебе потом отплатят. И это мне в них нравится.
Нина Владимировна, председатель Ставропольского регионального отделения Всероссийского общества глухих (ВОГ)
Я не из семьи глухих, но жестовой язык знаю. Научилась этому языку случайно: ехала в институт поступать на одну специальность, но её закрыли. Пришлось поступать на другое направление, где преподавали основы жестового языка. Так случайность повлияла на всю мою жизнь. Позже меня направили на курсы повышения квалификации, и я связала свою жизнь с ВОГом.

В клубе мы занимаемся проблемами глухих, пытаемся общаться с правительством, создать программы реабилитации по улучшению качества жизни, помогаем с трудоустройством инвалидов и прочим. Самое крупное достижение ВОГа – это наше новое помещение. На протяжении 60 лет наше отделение находилось в маленьком обветшалом здании, в котором не было даже туалета.


Сегодня мы стараемся ежегодно проводить мероприятия ко всем праздничным датам. Устраиваем концерты, выступления.
Однако, увы, государство недостаточно внимания уделяет глухим. Здесь самая главная проблема – непонимание. Кто не связан с этим миром, тот не может понять наши вопросы. То, что слышащему кажется мелочью, для глухого – большая проблема. Наша же задача – это достучаться и рассказать, какие есть сложности. Это, конечно, трудоустройство, та же информационная доступность. У нас ведь почти нет передач с субтитрами. Вы попробуйте выключить звук и понять, о чём говорится в новостях – это сложно. Проблема есть и с детками. Если в семье глухих рождается слышащий ребенок, то его надо раньше других устроить в садик. Ведь родители не могут его научить правильно говорить, а это повлечёт за собой задержку в развитии речи. Но попробуйте это объяснить другим. Ведь нет закона о внеочередном предоставлении места в детском садике. Поэтому приходится ходить к чиновникам, объяснять проблему. Кто-то понимает, кто-то нет. Но мы стараемся.
Диалог с героями историй вела Екатерина Ерёменко.
Made on
Tilda